Урна

Сраженного косой Сатурна,

Кого средь воющих здесь рощ

Печальная сокрыла урна

Во мрачну, непробудну нощь?

Кому на ней чудес картина

Во мраморе изражена?

Крылатый жезл, котурн, личина,

Резец и с лирой кисть видна!

Над кем сей мавзолей священный

Вкруг отеняет кипарис

И лира гласы шлет плачевны?

Кто, Меценат иль Медицис,

Тут орошается слезами?

Чьи бледные лица черты

Луной блистают меж ветвями?

Кто зрится мне? — Шувалов, ты!

Ах, ты! — могу ль тебя оставить

Без благодарной песни я?

Тебя ли мне, тебя ль не славить?

Я твой питомец и — судья.

О нет! — уж муза возлетает

Моя ко облакам златым,

Вслед выспренних певцов дерзает

Воспеть тебе надгробный гимн.

Смерть мужа праведна — прекрасна!

Как умолкающий орган,

Как луч последний солнца ясна

Блистает, тонет в океан, —

Подобно в неизмерны бездны,

От мира тленного спеша,

Летит сквозь мириады звездны

Блаженная твоя душа.

Или как странник, путь опасный

Прошедший меж стремнин и гор,

Змей слыша свист, львов рев ужасный

Позадь себя во тьме, и взор

От зуб их отвратя, взбегает

С весельем на высокий холм, —

От мира дух твой возлетает

Так вечности в прекрасный дом.

Коль тень и преобразованье

Небесного сей дольний мир,

С высот лазурных восклицанье

И сладкое согласье лир

Я слышу, — вижу, душ блаженных

Полки встречать тебя идут!

В эфирных ризах, позлащенных,

Торжественную песнь поют:

«Гряди к нам, новый неба житель!

И отрясая прах земной,

Войди в нетленную обитель

И с высоты ее святой

Воззри на дол твой смертный, слезный,

На жизнь твою, и наконец

За подвиги твои полезны

Прими возмездия венец!

Ты бедных был благотворитель, —

И вечных насладися благ.

Ты просвещенья был любитель, —

И божества сияй в лучах.

Ты поощрял петь славу россов,

Ты чтил Петра, Елисавет, —

Внимай, как звучно Ломоносов

Здесь славу вечную поет!»

Поэзии бессмертно пенье

На небесах и на аемли;

Тот будет гроб у всех в почтенье,

Над коим лавры расцвели.

Науки сеял благотворной

Рукой и возращал любя, —

Свет от лампады благовонной

Возблещет вечно чрез тебя.

Планета ты, — что с солнца мира

Лучи бросала на других:

Ты в славе не являл кумира,

Ты видел смертных, слышал их.

Картина ты, — которой тени

Не рама в золоте — хвала;

Великолепие — для черни;

Для благородных душ — дела.

Но мрачен, темен сердца свиток,

В нем скрыты наших чувств черты:

Оселок честности — прибыток;

На нем блистал, как злато, ты.

Как полное мастик кадило,

Горя, другим ты запах дал;

Как полное лучей светило,

Ты дарованья озарял.

О1 сколько юношей тобою

Познания прияли свет!

Какою пламенной струею

Сей свет в потомство протечет!

Над царедворцевой могилой,

Над вождем молненосных гроз,

Когда раздастся вздох унылой,

Сверкнет здесь искра нежных слез.

Стой, урна, вечно невредима,

Шувалова являя вид!

Будь лирами пиитов чтима,

В тебе предстатель их сокрыт.

Внуши, тверди его доброты

Сей надписью вельможам в слух:

«Он жил для всенародной льготы

И покровительства наук».

❉❉❉❉

×