Поэты (О Дельвиг, Дельвиг!..)

И им не разорвать венца,  
Который взяло дарованье!  
 
Жуковский

О Дельвиг, Дельвиг! что награда  
И дел высоких, и стихов?  
Таланту что и где отрада  
Среди злодеев и глупцов?  
Стадами смертных зависть правит;  
Посредственность при ней стоит  
И тяжкою пятою давит  
Младых избранников харит.  
Зачем читал я их скрижали?  
Я отдыха своей печали  
Нигде, нигде не находил!  
Сычи орлов повсюду гнали;  
Любимцев таинственных сил  
Безумные всегда искали  
Лишить парения и крил.  
Вы, жертвы их остервененья,  
Сыны огня и вдохновенья,  
Мильтон, и Озеров, и Тасс!  
Земная жизнь была для вас  
Полна и скорбей и отравы;  
Вы в дальний храм безвестной славы  
Тернистою дорогой шли,  
Вы с жадностию в гроб легли.  
Но ныне смолкло вероломство:  
Пред вами падает во прах  
Благоговейное потомство;  
В священных, огненных стихах  
Народы слышат прорицанья  
Сокрытых для толпы судеб,  
Открытых взору дарованья!  
Что пользы?— Свой насущный хлеб  
Слезами грусти вы кропили;  
Вы мучились, пока не жили.  

❉❉❉❉

На небесах и для небес,  
До бытия миров и века,  
Всемощный, чистый бог Зевес  
Создал счастливца человека.  
Он землю сотворил потом  
В странах, куда низринул гром  
Свирепых, буйных великанов,  
Детей хаоса, злых Титанов.  
Он бросил горы им на грудь,  
Да не возмогут вновь тряхнуть  
Олимпа твердыми столпами,  
И их алмазными цепями  
К ядру земному приковал,—  
Но, благостный, он им послал  
В замену счастья, в утешенье  
Мгновенный призрак, наслажденье_,—  
И человек его узрел,  
И в призрак суетный влюбился;  
Бессмертный вдруг отяжелел,  
Забыл свой сладостный удел  
И смертным наземлю спустился!  
И ныне рвется он, бежит,  
И наслажденья вечно жаждет,  
И в наслажденьи вечно страждет,  
И в пресыщении грустит!  

Но, скорбию его смягченный,  
Сам Кронион, отец вселенны,  
Низводит на него свой взор,  
Зовет духов — высокий хор,  
Зовет сынов своих небесных  
Поющих звук нектарных чаш  
В пеанах мощных и прелестных,  
Поющих мир и жребий наш:,  
И рок, и гнев эринний строгий,  
И вечный ваш покой — о боги!  
Все обступают светлый трон  
Веселой, пламенной толпою,—  
И небо полно тишиною,  
И им вещает Кронион:  
«Да внемлет в страхе все творенье:  
Реку — судеб определенье,  
Непременяемый закон!  
В страстях и радостях минутных  
Для неба умер человек,  
И будет дух его вовек  
Раб персти, раб желаний мутных,  
И только есть ему одно  
От жадной гибели спасенье,  
И вам во власть оно дано:  
Так захотело провиденье!  
Когда избранники из вас,  
С бессмертным счастьем разлучась,  
Оставят жребий свой высокий,  
Слетят на смертных шар далекий  
И, в тело смертных облачась,  
Напомнят братьям об отчизне_,  
Им путь укажут к полной жизни:  
Тогда, с прекрасным примирен,  
Род смертных будет искуплен!»  

И всколебался сонм священный,  
И начали они слетать  
И об отчизне сокровенной  
Народам и векам вещать.  

❉❉❉❉

Парят Поэты над землею,  
И сыплют на нее цветы,  
И водят граций за собою,—  
Кругом их носятся мечты  
Эфирной, легкою толпою.  
Они веселий не бегут;  
Но, верны чистым вдохновеньям,  
Ничтожным, быстрым наслажденьям  
Они возвышенность дают.  
Цари святого песнопенья!  
В объятьях даже заблужденья  
Не забывали строгих дев:  
Они страшились отверженья,  
Им был ужасен граций гнев!  
Под сенью сладостной прохлады  
За чашей пел Анакреон;  
Он пел тебя, о Купидон,  
Твои победы и награды!  
И древним племенам Эллады —  
Без прелести, без красоты —  
Уже не смел явиться ты.  
Он пел вино — и что же? Греки  
Не могут уж, как скифы, пить;  
Не могут в бешенстве пролить  
Вина с реками крови реки!  
Да внемлют же Поэтам веки!  

❉❉❉❉

Ты вечно будешь их учить —  
Творец грядущих дарований,  
Вселенная картин и знаний,  
Всевидец душ, пророк сердец —  
Гомер,— божественный певец!  
В не связанной ничем свободе  
Ты всемогущий чародей,  
Ты пишешь страсти и людей  
И возвращаешь нас Природе  
Из светских, тягостных цепей.  
Вас вижу, чада Мельпомены:  
Ты вождь их, сумрачный Эсхил,  
О жрец ужасных оных сил,  
Которые казнят измены,  
Карают гнусную любовь  
И мстят за пролитую кровь.  
В руке суровой Ювенала  
Злодеям грозный бич свистит  
И краску гонит с их ланит,  
И власть тиранов задрожала.  
Я слышу завыванье бурь:  
И се в одежде из тумана  
Несется призрак Оссиана!—  
Покрыта мрачная лазурь  
Над ним немыми облаками.  
Он страшен дикими мечтами;  
Он песней в душу льет печаль;  
Он душу погружает в даль  
Пространств унылых, замогильных!  
Но раздается резкий звук:  
Он славит копий бранный стук  
И шлет отраду в сердце сильных.  
А вы — благословляю вас,  
Святые барды Туискона!  
И пусть без робкого закона  
По воле ваша песнь лилась;  
Вы говорили о высоком;  
Вы обнимали быстрым оком  
И жизнь земли, и жизнь небес;  
Вы отирали токи слез  
С ланит гонимого пороком!  
Тебе, души моей Поэт,  
Тебе коленопреклоненье,  
О Шиллер, скорбных утешенье,  
Во мне ненастья тихий свет!  
В своей обители небесной  
Услышь мой благодарный глас!  
Ты был мне всё, о бард чудесный,  
В мучительный, тяжелый час,  
Когда я говорил, унылый:  
«Летите, дни! вы мне немилы!»  

❉❉❉❉

Их зрела и святая Русь —  
Певцов и смелых и священных,  
Пророков истин возвышенных!  
О край отчизны,— я горжусь!  
Отец великих, Ломоносов,  
Огонь средь холода и льдин,  
Полночных стран роскошный сын!  
Но ты — единственный философ,  
Державин, дивный исполин,—  
Ты пройдешь мглу веков несметных,  
В народах будешь жить несчетных —  
И твой питомец, Славянин,  
Петром, Суворовым, тобою  
Великий в храме бытия,  
С своей бессмертною судьбою,  
С делами громкими ея —  
Тебя похитит у забвенья!  
О Дельвиг! Дельвиг! что гоненья?  
Бессмертие равно удел  
И смелых, вдохновенных дел,  
И сладостного песнопенья!  
Так! не умрет и наш союз,  
Свободный, радостный и гордый,  
И в счастье и в несчастье твердый,  
Союз любимцев вечных муз!  
О вы, мой Дельвиг, мой Евгений!  
С рассвета ваших тихих дней  
Вас полюбил небесный Гений!  
И ты — наш юный Корифей,—  
Певец любви, певец Руслана!  
Что для тебя шипенье змей,  
Что крик и Филина и Врана?—  
Лети и вырвись из тумана,  
Из тьмы завистливых времен.  
О други! песнь простого чувства  
Дойдет до будущих племен —  
Весь век наш будет посвящен  
Труду и радостям искусства;  
И что ж? пусть презрит нас толпа:  
Она безумна и слепа!  

❉❉❉❉

1820  

❉❉❉❉

❉❉❉❉

❉❉❉❉

Категории стихотворения ✍Вильгельм Кюхельбекер: Поэты (О Дельвиг, Дельвиг!..)
×