В музеуме скульптурных произведений

Ага! — Вы здесь, мои возлюбленные боги!  
Здорово, старики — сатиры козлогноги  
И нимфы юные! Виновник нежных мук —  
Амур — мальчишка, здесь, прищурясь, держит лук  
И верною стрелой мне прямо в сердце метит,  
Да нет, брат, опоздал: грудь каменную встретит  
Стрела твоя; шалишь!.. над сердцем старика  
Бессильна власть твоя. Смеюсь исподтишка  
Коварным замыслам. — А, это ты Венера!  
Какая стройность форм, гармония и мера!  
Из рук божественных одною грудь прикрыв,  
Другую наискось в полтела опустив,  
Стоишь, богиня, ты — светла, лунообразна;  
И дышишь в мраморе всей роскошью соблазна;  
А там — в углу, в тени — полуземной урод  
Любуется тобой, скривив беззубый рот,  
А позади тебя, с подглядкой плутоватой,  
Присел на корточки — повеса — фавн мохнатый.  
А тут крылатые, в гирлянду сплетены  
Малютки, мальчики, плутишки, шалуны:  
Побочные сынки! прелюбодейства крошки!  
Ручонки пухлые и скрюченные ножки,  
Заброшенные вверх. — Задумчиво поник  
Здесь целомудрия богини важный лик;  
Смотрю и думаю, — и все сомненья боле:  
Не зависть ли уж тут! Не девство поневоле!  
Вот нимфы разные от пиндовых вершин:  
Та выгнутой рукой склоняет свой кувшин  
И льет незримою, божественную влагу;  
Та силится бежать — и замерла — ни шагу!  
Страсть догнала ее… Противиться нельзя!  
Покровы падают с плеча ее скользя,  
И разъясняются последние загадки, —  
И мягки, нежны так одежд упавших складки,  
Что ощупью рукой проверить я хочу,  
Не горный ли виссон перстами захвачу;  
Касаюсь: камень, — да!.. Нет все еще немножко  
Сомнительно. — А как прелестна эта ножка!  
Коснулся до нее, да страх меня берет…  
Вот — вижу — Геркулес! Надулись мышцы, жилы;  
Подъята палица… Я трус; громадной силы  
Боюсь: я тощ и слаб — итак, прощай, силач,  
Рази немейских львов! А я вприпрыжку, вскачь  
Спешу к другим. Прощай! — А! Вот где, вот  
Приманка!..  
Сладчайшим, крепким сном покоится вакханка;  
Под тяжесть головы, сронившей вязь венка,  
В упругой полноте закинута рука;  
В разбросе волосы объемлют выгиб шеи  
И падают на грудь, как вьющиеся змеи;  
Как в чувственности здесь ваятель стал высок!  
Мне в мраморе сквозит и кровь, и гроздий сок.  
А вот стоят в кусках, но и в кусках велики,  
Священной пылью лет подернуты антики:  
Привет вам, ветхие! — Кто ж это, кто такой  
Стоит без головы, с отшибленной рукой?  
У тех чуть держатся отшибленный ноги;  
Там — только торс один. Изломанные боги!  
Мы сходны участью: я тоже изможден,  
Расшиблен страстию и в членах поврежден;  
Но есть и разница великая меж нами:  
Все восхищаются и в переломке вами,  
Тогда как мне, — Увы! — сужден другой удел:  
Не любовались мной, когда я был и цел.  

❉❉❉❉

И ты, Юпитер, здесь. Проказник! Шут потешник!  
Здорово, старый бог! Здорово, старый грешник!  
Здорово, старый чорт! — Ишь как еще могуч  
Старинный двигатель молниеносных туч!  
Охотник лакомый, до этих нимф прелестных!  
Любил земное ты и в существах небесных.  
Досель еще на них ты мечешь жадный взгляд.  
Я знаю: ты во всех был превращаться рад  
Для милых — в лебедя, что верно, помнит Леда,  
Где надо — в юношу, в орла — для Ганимеда,  
И высунув рога и утучнив бока,  
Влюбленный ты мычал и в образе быка;  
Бесстыдник! Посмотри: один сатир нескрытно  
Смеется над тобой так сладко, аппетитно  
(Забыто, что в руках властителя — гроза),  
Смеется он; его прищурились глаза,  
И расплылись черты так влажно, шаловливо,  
В морщинке каждой смех гнездится так игриво,  
Что каждый раз, к нему едва оборочусь, —  
Я громко, от души, невольно засмеюсь.  
Но — мне пора домой; устал я ноют ноги…  
Как с вами весело, о мраморные боги!  

❉❉❉❉

1859  

❉❉❉❉

Категории стихотворения ✍Владимир Бенедиктов: В музеуме скульптурных произведений
×